Выставочный проект к 100-летию со дня рождения Вениамина Чебанова (1925-2023) ПУСТЬ ПОКОЛЕНИЯ ЗНАЮТ

Вениамин Карпович Чебанов родился 28 августа 1925 года в селе Воссиятском, Приволянского района, Николаевской области.
У деда по отцовской линии Дия Леонтьевича Чебанова была трудная жизнь. Глава Чебановского рода был строгим, суровым, даже деспотичным. Дий Леонтьевич и все его сыновья столярничали, плотничали, были прекрасными мастерами. Но лучшим среди них был Карп Диевич, отец Вениамина. Он делал музыкальные инструменты (скрипки, гитары), мебель, занимался резьбой по дереву, точил, был модельщиком. Прежде чем сделать вещь, он обычно ее рисовал, проектировал. Так что первым художником в роду Чебановых Вениамин считал именно своего отца.
Как принято в рабоче-крестьянских семьях, с малых лет Вениамин привлекался ко всяким домашним работам, занимался нелегким физически трудом. В общем, рос, как и многие его сверстники, в трудовых буднях и заботах.
В Новосибирск семья Карпа Диевича окончательно переселилась в 1935 году.
В 1941 году Вениамин Карпович окончил восемь классов средней школы. Поступил работать слесарем паровозного депо железнодорожной станции Инская. С 1943 по 1944 год был курсантом Новосибирского военно-пехотного училища, а потом отправился на 1-й Украинский фронт.
Фронтовые будни начались у Чебанова с ноября 1944 года на 1-ом Украинском фронте. В это время фронт после тяжелых наступательных боев перешел к активной обороне.
Изображение: Автопортрет 1988 г. Холст, масло. 95х75 см.

Тяжелые бои начались с 12 января 1945 года: форсирование реки Вислы и взятие Кракова. 20 января Краков был освобожден, а 21-го был ранен и контужен лейтенант Чебанов.
Краткое излечение в медсанбате и снова передовая, тяжелое ранение. После двух месяцев лечения снова на фронт. Снова переходы, привалы, бои, кратковременные передышки.
Однажды, в только что отбитой у немцев траншее, лейтенант, воспользовавшись затишьем, решил немного вздремнуть: накопилась усталость и недосып прошедших тяжелых дней; лег, приказав разбудить через 15 минут. Завернувшись в плащ-палатку с головой, провалился в сон. Внезапно немцы обрушили по траншеям минометный огонь. Лейтенанта засыпало и почти похоронило заживо… Солдаты откопали. Что ж, значит, его звезда не погасла: будем жить! Запомнился ему этот день на всю оставшуюся жизнь.
Тогда он еще не был художником, был просто солдатом-воином, но уже – «глаза и память». Во время кратких передышек между боями, в госпитале, на переформированиях пытался отобразить увиденное, делал наброски, зарисовки. На случайных листиках бумаги, в случайно попавших в руки альбомах. Кое-что пересылал домой, многое раздаривал, многое потерялось на дорогах войны. Долго хранил целый альбом документальных рисунков, но и он потерялся с обозом. Да и те немногие из чудом сохранившихся набросков, сделанных торопливой рукой в перерывах между боями, стали настоящим документом эпохи, истории. И они, эти потертые, тронутые временем листки, по праву заняли почетное место на первой персональной выставке художника.
Фото: Лейтенант В. Чебанов с ординарцем, младшим сержантом Ю. Дерновым (Германия, апрель 1945 г.)
Фото: Госпиталь. Команда выздоравливающих. Третий справа В. Чебанов (Беутен, Германия, 1945 г.)

В должности командира взвода, затем роты сражался с фашистскими захватчиками до окончания Великой Отечественной войны. В боях был контужен, тяжело ранен. За боевые заслуги награжден медалью «За отвагу», орденами «Красной Звезды», «Отечественной войны» I степени.
Победу Чебанов встретил в Чехословакии. В мае 1945 года полк, в котором он служил, был переброшен из-под Дрездена на Прагу, на разгром оставшейся здесь немецкой группировки войск, на помощь восставшим жителям города. Однако необходимость в этом отпала, пехоту спешили и направили в Австрию. Домой вернулся в 1947 году в должности капитана запаса.
В послевоенные годы работал художником, учился на архитектурном факультете в Новосибирском инженерно-строительном институте, затем в Иркутском художественном училище. Преподавал рисование и черчение в школе.
С 1957 года сотрудничал с Новосибирским книжным издательством, проиллюстрировал около ста книг. Отдельные книги отмечены дипломами республиканских и всесоюзных конкурсов книги. Руководил изостудией Дома культуры.
Вся дальнейшая творческая деятельность мастера связана в основном с искусством графики. Лучшие работы В. Чебанова, особенно в 60-е годы, близки суровому стилю.
Он обращается к соцально значимой тематике, создает гравюры больших размеров. В работах того времени художник использует рубленые очертания, конструктивно решенные композиции, гармонично сочетает пятна черного и белого.
Изображение: Взводный 1994 г. Холст, масло. 100х75 см.

В 70-е годы ведущее место в творчестве художника занимают портреты. Среди них есть работы официального характера и композиционные портреты, а также камерные произведения, где изображены близкие мастеру люди.
В 1974 году Чебанов участвовал в организации выставки «Графики Сибири» в городах Амьен, Париж, Ницца (Франция).
Участник более 70 персональных и групповых выставок различного уровня. Работы художника находятся в музеях России и в частных собраниях Польши, Германии, Болгарии, Франции, Австрии, США, Канады, Китая, Японии и Финляндии. Выставки В. Чебанова многократно проходили в музеях и выставочных центрах Новосибирска.
Творчество В. Чебанова отличается основательностью, устойчивостью системы ценностей. Он всегда остается самим собой, что свидетельствует о цельности личности мастера. В 1995 году ему присвоено почётное звание «Заслуженный художник РФ». В 2001 году имя Вениамина Чебанова внесено в «Золотую Книгу культуры» Новосибирской области.
Указом Президента РФ в 2007 году Чебанову присвоено звание «Народный художник Российской Федерации». В 2018 году - звание «Почётный житель города Новосибирска», а в 2021 году Вениамин Карпович Чебанов был награждён званием «Почётный гражданин Новосибирской области».
Изображение: Портрет отца 1956 г. Холст, масло. 56х48 см.

События Великой Отечественной войны навсегда оставили след в жизни художника, проходя красной нитью через все его творчество. Вениамин Карпович принял решение передать свои работы Новосибирску, чтобы сделать картины достоянием горожан и гостей Новосибирска. 27 января 2019 года состоялась передача картин в дар Сибирской мемориальной картинной галерее - 520 живописных и графических работ, а также 40 книг и 25 пластин для линогравюры.
11 января 2023 года художник ушёл из жизни. В 2025 году исполнилось 100 лет со дня его рождения.

Из воспоминаний Чебанова: «Великая Отечественная... Она всегда со мной, как и то суровое время; она судьба моего поколения, обагренная кровью юность, наша светлая память и боль. Когда работаешь у холста, когда создаешь образы солдат, поневоле вспоминаешь их молодые живые лица и их короткую жизнь - возникает чувство неоплаченного долга и вины перед ними. Ведь это их ратными трудами и кровью вершилась Великая Битва.
Великая Отечественная... Она моя память, мой долг и моя совесть перед фронтовым братством и мужеством тыла. Я всегда старался своими работами тронуть разум, душу людей и печалью, и болью, и гневом. Но при этом всегда хотел, чтобы эти чувства рождали энергию, вдохновляли людей к активной гражданской позиции по отношению к жизни человека труда и защитникам нашего Отечества. Пока мы не забываем солдат, пока помним их, пока любим их - жива и память в наших сердцах. Уходят солдаты Великой Отечественной войны и вместе с ними героическая, трагическая и прекрасная эпоха человеческого духа, но останутся для потомков мои художественные произведения, мои полотна, воспевающие их величие и подвиг».

Изображения: Стройбат. Сержант Сорокин Бумага, уголь. 39х28 см.
Медсестра Таня 1957 г. Бумага, уголь. 52,7х39,8 см.
Победа 1985 г. Бумага, карандаш. 67х48 см.
Подвиг Александра Матросова 2002 г. Бумага, карандаш. 53х75,5 см.
1941 год (Мать). Из серии «Годы войны» 1966 г. Линогравюра. 68,5х48,5, см.

Из воспоминаний Чебанова: «Утром 16 января, сбивая арьергарды немцев, наша дивизия, преодолевая сопротивление, начала наступление на Краков. Наступая, мы углублялись в лес, занесённый снегом и дорогами, разбитыми войной. На дальних лесных опушках застревали грузовики с боеприпасами и продовольствием, а в затерянных среди лесов хуторах, санитарные автобусы. Всё это отставало от пехоты, которая одна-одинёшенька продолжала двигаться вперёд, урезая рацион и дрожа над каждым патроном.
Краковской группировке немцев предложили сдаться, но они не пожелали сложить оружие, в надежде прорваться на Запад. С рассветом наш полк подошел к Кракову.
«Оседлали» дорогу, идущую из города, окопались, насколько можно в снегу у опушки леса, с задачей уничтожить или пленить немцев, прорывающихся из города. Ночью немцы решили прорваться через наши позиции, но, встретив пулеметный огонь, ушли в лес, где напоролись на нашу батарею пулеметчиков. Немцы воспользовались неожиданностью своего появления, из-за чего погибло много солдат. Не успев подорвать минометы, они ушли в сторону Мысловиц, но их накрыл своим огнем подоспевший взвод самоходок.
Только под утро стрельба затихла и, поднявшись из своих заснеженных нор, мы увидели толпы немцев, шедших с поднятыми руками и белыми флагами. Для этих немцев война уже закончилась. Немногим удалось вырваться из окружения под Краковом. Это было 20 января 1945 года.
Через сутки, 22 января, при освобождении польского хутора осколки от разорвавшегося снаряда смертельно ранят двух солдат Бондаря и Гузова, а меня контузило. Я не мог подняться – бедро пронзала острая боль, лицо было иссечено мелкими осколками гальки, глаз залит кровью. Солдаты дотащили меня до хозвзвода и уложили на сани, чтобы доставить меня в медсанбат...»
Изображение: Над вечным покоем 2013 г. Холст, масло. 80х90 см.
Изображение: Дорога в медсанбат 2007 г. Холст, масло. 68х88 см.

Из воспоминаний Чебанова: «Было уже светло, но солнце еще не взошло. Молочный туман низко стелился над землей, щебет и пение птиц оглашало все вокруг. Чуть ниже, в лощине, среди зеленых кустарников, стояли все в белом цветущие деревья и от них, накатываясь волнами, шел одурманивающий аромат.
Это же был рай! Сама природа требовала от человека закончить это безумие, прекратить убивать друг друга и понять, что на земле дорога и прекрасна каждая человеческая жизнь, как прекрасно это наступившее утро, пение птиц и солнце над головой, журчащий ручей и аромат цветущих деревьев. «Старички», встав пораньше, разведали ручей с чистой прозрачной водой.
Связные, с плохо скрываемой радостью на лицах, передали приказ: «Умыться, почиститься, подшить чистые подворотнички и приготовиться к построению!» Все уже чувствовали, что вокруг нас незримо витает Победа. Всем уже стало все понятно. Настроение приподнятое, в ожидании чего-то такого, что бывает один раз в жизни.
Начальство из политуправления дивизии, поставив свои «виллисы» и «доджи» на видном месте, зачитали нам приказ Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина о безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Что тут было!!! Грянул трехкратный салют из пушек батареи, солдаты открыли огонь из всех видов стрелкового оружия, прыгали как дети, обнимались и плакали, не скрывая слез.
Высокое начальство кое-как угомонило солдат, вынесло благодарность всем за участие в десанте и выразило уверенность, что если бы была необходимость, мы также мужественно дрались бы с врагом, как это было еще вчера…»
Изображение: Победа. Из серии «Годы войны» 1966 г. Линогравюра. 70х50 см.

Изображение: Дорога нашей юности 1987 г. Холст, масло. 90х110 см.
Изображение: Курская дуга. Последний снаряд 2004 г. Холст, масло. 120х150 см.
Изображение: Живая вода возвращения 2013 г. Холст, масло. 140х207 см.
Изображение: В освобожденном селе 1994 г. Холст, масло. 120х150 см.
Изображение: Бронепоезд Советская Сибирь в бою 2008 г. Холст, масло. 140х180 см.
Изображение: Последний день войны 2008 г. Холст, масло. 146х187 см.
Изображение: Бой за высоту 2009 г. Холст, масло. 128х150 см.
Изображение: Переправа 1993 г. Холст, масло. 90х170 см.
Изображение: Из окружения пробились 1995 г. Холст, масло. 150х200 см.
Изображение: Цена Победы (Курская дуга) 1980 г. Холст, масло. 110х200 см.
Изображение: Ветеран войны 2010 г. Холст, масло. 86х60 см.
Изображение: Воин-сибиряк 2011 г. Холст, масло. 84х64 см.
Изображение: Ахтунг, ахтунг! В воздухе Покрышкин 2004 г. Холст, масло.135х110 см.
Изображение: Последний полет В. Талалихина 2011 г. Холст, масло. 140х90 см.
Изображение: Стоять насмерть - позади Москва 2011 г. Холст, масло. 130х194 см.
Изображение: По дорогам войны 2010 г. Холст, масло. 150х175 см.
Триптих «Апофеоз Победы»: левая часть: Пленение гарнизон Берлина 2003 г. Холст, масло.170х100 см. центральная часть: Берлин. Брандербургские ворота 2 мая 1945 г. 2003 г. Холст, масло. 170х190 см. правая часть: Акт о капитуляции 2003 г. Холст, масло.170х100 см.
Триптих «1941 год. Говорит Совинформбюро» Бумага, уголь. 70х89,5 см.

Из воспоминаний Чебанова: «Почти все мои солдаты пополнения были ещё не обстрелянные, как и я сам. Все привыкали к боевой обстановке, втягивались в окопный быт, мужали, освобождались от страха и нервозности. Мне, как командиру взвода, самому пришлось пересмотреть своё поверхностное отношение к войне, солдатам, моим командирам и воинскому долгу. Я только здесь, в окопе, живя бок о бок с солдатами, осознал громадную ответственность за свою и их жизнь. Каждодневно учила и сама фронтовая обстановка – дорогая наука скорбей и потерь, наука войны».
«Получив приказ, я еще раз проверил у солдат боевую выкладку: оружие, достаточно ли патронов, гранат и у всех ли каски, малые саперные лопаты, противогазы, медпакеты, сухой паёк на три дня. Ещё и ещё раз проинструктировал по уставу как действовать солдату в бою, оберегать себя и товарища, как обезвреживать вражескую траншею и т.д. Чувствовал, что солдаты волнуются, и это волнение передавалось мне. Я как мог старался не показывать вида и за заботами не думать о предстоящем. В одной послевоенной песне пелось, что последний бой он трудный самый, но и первый бой не менее трудный»
Изображение: Погранзастава. 22 июня 1941 года 2011 г. Холст, масло. 187х155 см.

Из воспоминаний Чебанова: «У немцев по-прежнему тихо. Дождя не было, но облачность стояла низкая. На востоке светлела полоска неба. Похолодало, и я немного продрог, хотелось спать. Совершенно успокоившись, что немцам уже нет времени что-либо предпринимать, решил хоть немного вздремнуть. Завернувшись в плащ-палатку с головой, чтобы выдыхаемый теплый воздух был со мной и, свернувшись «калачиком», сразу отключился. И вдруг, как в кошмарном сне, несколько секунд не мог понять, где я, что это, что со мной? Какая-то тяжесть навалилась на меня, которая так сдавила, что невозможно было дышать. Потом обожгла мысль страхом: я завален землей и скоро сам превращусь в землю… и про папу, и про маму тоже.
Пошевелиться не мог, так как сам себя замотал, но пока дышал воздухом, оставшимся между мной и плащ-палаткой. Я уже стал терять сознание, когда мои «кирзачи» начали рубить лопатами. Откапывали солдаты расчета, Юра, старшина и комсорг роты Пшельников. Откопали… Сидя на дне окопа, принял от старшины, «наркомовских» сто грамм чистого спирта, как воду, настолько был в шоке.
И после войны, мне часто снится, как я задыхаюсь в тяжелых объятиях матушки-земли: это значит придавило сердчишко»
Изображение: Сорок второй год. Атака отбита 2010 г. Холст, масло. 180х160 см.

Из воспоминаний Чебанова: «Рассвет наступал медленно, как будто не хотел расставаться с ночью. Вдруг вздрогнула земля, и грохот большой силы обрушился на нас. Через наши головы со скрежетом и воем летели снаряды в сторону врага. Время будто остановилось. Внезапно слева и справа взлетели красные ракеты. Мы поднялись из окопов и по цепочке, скорым шагом, через проходы прошли наше минное поле, развернувшись в цепь.
Бежать по глубокому снегу было невозможно, и мы кубарем скатились с берега на реку, где зловеще зияли полыньи. Немцы заранее порушили снарядами лёд. Этого мы не ожидали. Когда мы были уже у западного берега, начали огрызаться немцы. Нас защищал крутой западный берег, а наша артиллерия перенесла огонь в глубину. На этот раз нам не удалась попытка прорваться к немецкой траншее. Батальон был прижат плотным ружейно-пулеметным и автоматным огнем. Пришлось остановить наступление, чтобы закрепить своими пулеметами взятые уже ячейки боевого охранения немцев и для поддержки нового броска. Через связного передали приказ батальону, после залпа «катюши» ворваться в немецкую траншею и выбить фрицев, а по ходам сообщения захватить вторую траншею.
Сколько продолжался этот ад невозможно подсчитать – минуту или десять… Артналёт закончился внезапно, как и начался. Наступила давящая тишина, потом стали различаться глухие вздохи, скрежет, треск, всполохи петард и ракет. Это агонизировал передний край немцев. Какая-то сила оторвала нас от земли, и почти молча мы бросились к покорёженной взрывами немецкой траншее. Сопротивление немцы почти не оказали. Живые ушли по ходам сообщений, унося с собой раненных»
Изображение: Привал с дороги направо. Из серии «Годы войны» 1966 г. Линогравюра. 50х77 см.
Атака. Из серии «Годы войны» 1966 г. Линогравюра. 48,8х80,5 см.

Из воспоминаний Чебанова: «У нас начался победный марш! Преодолевая усталость, мы шли проселочными дорогами, лесными тропинками, кое-кто карабкался на попутные машины. Все это называлось маршем, только быстрей, вперед, помногу километров в сутки. На случайный, скоротечный бой уходило по 20 часов, а на еду и сон всего 4 часа. Нудные, переменные дожди последних дней апреля превратили поля и дороги в густую, клейкую массу. Пудовые комья грязи цеплялись за сапоги пехотинцев. Колеса телег, машин скользили и буксовали в глубоких колеях. Даже гусеничные тягачи вязли местами, а пушки сплошь и рядом приходилось толкать руками. И все равно наши части неуклонно продвигались вперед, воодушевленные тем, что бои уже идут за Берлин.
Несмотря на все тяготы изматывающего марша, на истертые в кровь ноги и недосыпание, на отсутствие горячей пищи, походные кухни отставали или пропадали, солдаты шли вперед. Шли в пропитанном потом обмундировании, неся на себе пудовую тяжесть вооружения. Шли мои братья-солдаты, спящие на ходу, натыкающиеся друг на друга, не ради горькой скорби и проклятия, а ради Победы! Ради Победы, выстраданной годами военных лишений, может быть, потерей родных и близких, ради освобождения своей многострадальной Родины...
Мы же, пройдя еще немного, увидели впереди, в утренней дымке, небольшой городок с островерхими черепичными крышами и стрельчатыми башнями кирхи. Все это утопало в цветении вишен, слив, яблонь. Поля покрылись яркой весенней зеленью. Солнце нагревало землю так, что от нее шел пар. И не верилось, что эта патриархальная, нетронутая красота – жизнь, а не иллюзия, и что есть другая жизнь, где идут танки, пушки, смертельно уставшие и гибнувшие люди, и кругом идет война».
Изображение: Война ушла. Из серии «Годы войны» 1966 г. Линогравюра. 44х42 см.
Война ушла. Из серии «Годы войны» 1966 г. Линогравюра. 44х42 см.